ВЫКЛЮЧИТЬ ПЛЕЕР И УСЛЫШАТЬ СЕБЯ

Игумения Арсения (Воспянская)




Во времена моей юности в журналах были популярны картинки, где люди или животные были так вписаны в пейзаж или узор, что отыскать их можно было только внимательно присмотревшись. Иногда окружающая жизнь в психологическом смысле представляется такой картинкой, потому что распознать живого человека на фоне социальной среды становится всё труднее... Наши внутренние содержания (желания, мнения, оценки, критерии и т. п.) в основном заимствованы из окружающего нас искусственно созданного информационного пространства. >>>В этом случае личность — не прекрасно не похожая на других индивидуальность, а просто частный случай проявления общества. Если посмотреть на просвет, то в абрисе наших фигур будут видны глянцевые журналы и политические лозунги, зачастую вторичная современная литература и другие проявления псевдокультуры. Социум действует на неповторимость человека как растворитель, он поглощает наши незрелые личности, делая нас одинаковыми, с усреднёнными притязаниями и стремлениями. Он ограничивает наш небосвод навязанным набором примитивных идей, вкусов, представлений о жизни, потому что крайне не заинтересован в самостоятельно мыслящих, духовно зрелых людях. Совсем как шахматист, который вряд ли бы обрадовался фигурам, имеющим собственное мнение. Можно бесконечно обвинять подминающую нас социальную машину. Но вот вопрос — почему мы так безропотно и даже охотно становимся пазлами картинки мира, на которой не разглядеть лиц? Интересно, к примеру, по дороге на работу понаблюдать за своими мыслями хотя бы несколько минут. Словно смятыми бумажками, наполнены они у нас обрывками вчерашних разговоров, недовысказанными обидами, воспоминаниями, иллюзиями, мечтаниями и прочими «пустошами», по слову преподобного Амвросия Оптинского. А разной громкости звуки через наушники уводят даже от таких маловажных содержаний. Будто мы стараемся поскорее отделаться от самих себя, как от надоевшего собеседника. Мы демонстрируем пренебрежительное невнимание к нашему уникальному и неповторимому внутреннему миру, очень мало его ценим, боимся слышать вопросы, возникающие там. Просто у нас часто нет на них собственных ответов. Потому всё прямолинейно. Где учиться? Родители лучше знают. Что есть? Что носить? Что читать? Скажет реклама или авторитетная подруга. За кого голосовать? Доверимся телевизору. И так далее. А вопросы о Боге и смысле жизни или о свободе и ответственности и т. п. вообще могут не пробиться в сознание. Но если всё так просто, если как бы музыка, как бы чтение, как бы умные разговоры да ещё TВ с интернетом эффективно заполняют время и мысли, вызывают столько разных эмоций, то откуда иногда такая тоска? Почему такое чувство несостоятельности и неудачи жизни, мертвящее одиночество? Мы рождены неповторимыми, как неповторим, например, розовый куст. А норовим вписаться в бесконечную стриженую изгородь всеобщей усреднённости. Мы рождены свободными, но ненавидим этот дар, обременяющий наши некрепкие души необходимостью принимать решения. Когда мы без оглядки бежим от себя в изменчивый мир, нам кажется, что мы окунаемся в океан разнообразных возможностей, а на самом деле это мы выбираем прокрустово ложе уже кем-то придуманной для нас жизни. Оно уродует нас, и мы становимся жертвами своей личности в гораздо большей степени, чем её свободными творцами. Что ж поделаешь, жить в обществе и быть свободным от общества нельзя, — утверждали классики марксизма. Но преподобный Амвросий Оптинский говорил: «Мы должны жить на земле так, как колесо вертится, чуть одной точкой касается земли, а остальными стремится вверх». Блестящий мыслитель и психолог К. Г. Юнг об этом писал так: «То или иное отношение к условиям жизни возможно лишь тогда, когда оно опирается на нечто, лежащее вне этой жизни. Вера даёт это нечто, а значит, и возможность суждения и свободного решения. Это нечто составляет заповедник, защищённый от откровенного и неизбежного принуждения внешних обстоятельств, которым не может противостоять человек, не знающий под собой другой опоры, кроме уличной мостовой». Чтобы преодолеть страх и одиночество, тоску и отчаяние и хотя бы начать искать эту опору, стержень личности, мы вынуждены совершить несколько индивидуальных подвигов. Первым может стать активное мышление. То, что мы в уме соединяем слова, — отнюдь не значит, что мы рождаем мысль. Придётся преодолевать инерционное «думание» и стараться давать ход только подлинно важным конструктивным мыслям. Как писал философ М. К. Мамардашвили, «глупость — это то, что думается само собой, а умное — это то, что мы мыслим сами. Теперь давайте взвесим, сколько в нашей голове глупого и как мало того, что мы действительно подумали сами». Важно составлять собственные мнения, понимать, как именно мне нужно жить, искать необходимые именно мне смыслы, проходить свой сокровенный духовный путь. Тогда появится чувство полноты бытия, потому что мы станем главными действующими лицами, событиями собственной жизни. Тогда наши суетливые действия сменятся полновесными поступками, преображающими жизнь. Мы перестанем сравнивать себя с другими и завидовать, ведь все мы уникальны, очень разные. Не завидуют ведь, например, птицы — рыбам. Мудрость — также результат правильного осмысления жизни, то есть оценка прожитого по верным критериям. А если мы вместо собственных осмысленных критериев используем навязанные нам стандарты, такой жизненный опыт не может быть опорой индивидуальности, он сам становится болезненной психологической проблемой. Активное мышление и внимание к себе обязательно откроют нам, что большую часть мыслей занимают эмоции, т. е. состояния, в которых мысли останавливают поступательное движение и клубятся по кругу одних и тех же ситуаций и переживаний. А сколько там псевдостраданий! Обиды на всё и всех, одни и те же скорби всю жизнь — ведь мы не пытаемся осмыслить происходящее с нами, а значит, не можем ничего изменить. И скорби накладываются на скорби и страдания — на страдания, часто до ропота и отчаяния. Скорби важны и даже необходимы для роста личности, только не эти — рукотворные, тормозящие наше движение вперёд и выше. Есть страдания, неотъемлемо сопровождающие любой правильный путь, духовный в особенности. Это другой подвиг: намеренные страдания самопознания, самодисциплины и необходимых душе самоограничений. Самоисследование, честное внимание к себе всегда связаны со многими травмирующими открытиями о нас самих. Мы-то были в блаженном неведении о своих глупостях и страстях, о том мелком и суетном в нас, что не даёт ходу жизни, и считали себя невинными жертвами невезенья и неурядиц. Мы всё ждали, когда исправятся окружающие нас люди, когда все увидят, что мы-то хорошие, а все остальные не правы. Мы так надеялись, что раз за нас думают, то всё как-то устроится. А теперь сплошные ущемления: не обижаться, не бегать по кругу одних и тех же переживаний, не уноситься мыслями из настоящего, смиряться с пониманием, что в наших так называемых скорбях виноваты только мы сами, не смотреть с вожделением на противоположный пол (не говоря уже о всех прочих незаконных радостях с ним), поститься и так далее. Если со стороны посмотреть, безрадостное, деревянное какое-то существование рисуется. Этот взгляд часто и оказывается главным препятствием начать новую жизнь. Рекламные слоганы ласкают слух вседозволенностью: отрывайся, живи по полной, ты особенный, позволь себе это! А тут оказывается, что я не право имею, а тварь дрожащая. Ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чём не имею нужды», а не знаешь, как ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг (Откр. 3, 17). Кто же захочет по своей воле выбрать такой путь? Но может ли надеяться на лечение и выздоровление больной, если ему со всех сторон говорят, что он здоров? Правда, говорят те, кому всё равно, жив он или умер... Мы охотно преодолеваем трудности, получая образование и делая карьеру, занимаясь экстремальными хобби, терпим многие лишения, занимаясь творчеством. В особенности изобретательны и терпеливы, работая греху. Но как только речь заходит об усилиях, без которых невозможно стать человеком, в нас всё волшебно меняется: не только естественные для нас немощи, лень, страх, а и яростное сопротивление, отторжение. Почему мы не можем и малого потерпеть в работе над собой? Почему мы, купленные дорогою ценою (1 Кор. 7, 23), до обидного пренебрегаем тем, что составляет нашу сущность, тем, что дороже всего мира? Ведь душа — единственное пространство, где могут жить вера и упование. А они как раз — та самая опора, без которой нас не делают счастливыми никакие блага и богатства. Тот самый стержень, вокруг которого только и можно созидать неповторимую и уникальную личность, с терпением и достоинством, разумно преодолевающую превратности жизни. Беспечное упорство в нежелании познавать себя делает нас безликими фигурками, которые боятся жизни, не любят её и чувствуют себя несчастными даже при хороших её обстоятельствах. Но не будем забывать, что упорство невежд убьёт их, и беспечность глупцов погубит их (Притч. 1, 33). Мы охотно уступаем свою жизнь, отдаём её пространство миру, где он по своему ограниченному усмотрению строит из нас, что выгодно ему. Мы пренебрегаем прекрасным, необъятным Божиим даром — жизнью, мы не радуемся большому доверию Творца, создавшего нас свободными и не похожими на других. Голос Божий к душе негромок. Свет Тихий призывает нас на той волне, которую слышит душа, умеющая предельно снизить громкость мирского динамика и услышать то, что происходит в самых её глубинах. Может, если вслушаться, то мы различим там эхом звучащие слова апостола: Господи, к кому нам ещё идти? У Тебя слова вечной жизни (Ин. 6, 68).
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ДЕНЬ РАДОСТИ


Радости становится больше, когда ею делишься. Особенно если эта радость — пасхальная. Ни с чем не сравнимая, ни на что не похожая, она не дружит со словами и передается от сердца — к сердцу. Пасха — что это за праздник для Вас? В чем отличие Пасхи от Рождества? Юрий Шевчук, «ДДТ»: Пасха для меня, как для любого православного человека, — великий Праздник. Рождество у меня всегда в деревне, с тех пор как я крестился. Я или с сыном, или один. На Рождество у меня внутренний диалог очень серьезный, всегда пишутся стихи. В этот раз написалось:>>> Сегодня ночью Рождество, Звезда рассыплется на свечи, И мы сольемся в Одного, И Он возьмет, и Он ответит, И поведет нас под венец, У алтаря откроет тайну, Что все на свете — неслучайно И смерть для жизни — не конец… Я отправил отцу Андрею Кураеву, он очень похвалил. На Рождество — пишется… А вот на Пасху я всегда в храме. Куда судьба заносит, в самые разные города: был и Иерусалим (Пасха с сыном), был и Париж, был и Ростов, был и Киев, и Петербург, и Москва… И всегда праздник, всегда очень весело, легко на душе. А Рождество… когда к Рождеству подхожу, растет такая сосредоточенность. Рождество — это такое «Единочество», есть у меня альбом такой. Меня прямо тащит в деревню, я туда уезжаю — один на один с Небом. А Пасха — это всегда храм, радость, народ… Христос воскрес! — веселье какое, праздник, праздник большой! Олег Карамазов, «Братья Карамазовы»: Я пришел в Церковь уже довольно-таки взрослым человеком. Здесь я испытываю переживания, которых не испытывал никогда и нигде, ни в каком другом месте на земле. Поэтому и церковные Таинства, и церковные праздники для меня — нечто трудно объяснимое словами. Наверное, эти переживания души так же трудно описать, как трудно описать благодать. Испытаешь ее — и охватывает ужас, когда это чувство тебя покидает. Ты его пытаешься ухватить, удержать, спрашиваешь себя, почему его потерял… Здесь, наверное, и начинается Путь: служить, верить, пытаться это чувство вернуть. Вот так же мне трудно описать, что такое для меня Пасха, что такое Воскресение. Чем больше я думаю об этом, тем более понимаю, что мудрствовать тут не нужно. Нужно идти в церковь, нужно молиться, и это состояние души обязательно к тебе придет и станет результатом. Пасха — величайший праздник, праздник Воскресения Спасителя. Господь пришел на землю, был распят, воскрес — и у меня в связи с этим появился смысл жизни. Наверное, это и есть Пасха — обретение некого смысла существования человечком, который здесь проживает свою жизнь. Пасха и Рождество для меня очень взаимосвязаны. Когда мы посещали Святую Землю, сначала побывали в Иерусалиме — месте, больше связанном с Пасхой, а потом — в Вифлееме, где родился Спаситель. И так наглядно видна эта нить, эта связь, этот путь между Рождеством, смертью и Воскресением… Помните ли Вы свою первую Пасху? Юрий Шевчук: Первая осознанная Пасха — это было в городе Петербурге. После крещения. Я был в Александро-Невской Лавре. Хотя мы ведь и студентами бегали еще, некрещеные… Все равно было очень интересно, особенно при советской власти, когда молодежь из храмов гоняли, фотографировали… Ну мы были такие волосатые же, хипаны. Это было важно так — пойти туда, против власти: с Богом, но не с вами. Но там больше понтов было. А вот в Лавре — я помню уже и этот вход, и собор удивительный, могилки вокруг, и кладбище. Огни, народ радостный такой. Очень меня восхитила эта радость… Интересная Пасха была в Париже, в храме Александра Невского, я как-то случайно попал… Иисус воскрес, Иисус воскрес - На этот раз в Париже, На паперти народу лес, Ему оттуда ближе… Один раз — в Ростове-на-Дону. У нас на следующий день должен был быть концерт как раз, мы прилетели, и Пасха, и казачья церковь в пригороде Ростова, такая маленькая, хорошая… Давно это было, но так здорово! И крестный ход вокруг храма, и совершенно другая атмосфера, нежели в Петербурге. Этот праздник я отмечаю в разных пространствах, отмечаю с миром. Олег Карамазов: Первые прикосновения к вере, первые воспоминания о Пасхе, увы, вызывают у меня чувство стыда. У меня была верующая бабушка. Я помню, как-то ее приезд совпал с информационным бумом по случаю первых полетов в космос. По телевизору показывали космонавтов, и я, мальчишка, следил за новостями. И когда бабушка читала вечернее правило, я подкрадывался сзади, пугал ее и задирал: «Бабуля, космонавты в космос летали и никого там, в облаках, не обнаружили! Пошли есть пироги, нечего тратить время на молитвы!» Сейчас, поминая бабушку в своих молитвах, я прошу у нее прощения за свой идиотизм детский… И первая пасхальная история связана с неким раздвоением. Бабушки и дедушки, которых я очень любил и уважал, были верующими людьми, они шли в этот день в церковь. У меня, ребенка, это вызывало неприятие, я не мог понять их, мой ум выстраивал свои детские логические цепочки, связанные с космосом, с атеизмом… И все же внутри звучало: это — тайна, и в этой тайне что-то есть! Да, на какой-то глубине я понимал, что нечто необычное происходит в этот День, и чувство праздника все равно было, при полном неверии детского ума. Потом, уже в более взрослом возрасте, был интерес: а что же ТАМ, в храме? Ведь даже во времена нашей социалистической державы на Пасху в церковь шли все, включая милиционеров. Я помню, что по телевизору специально крутили «мелодии и ритмы зарубежной эстрады», чтобы молодежь подольше посидела у телевизора. Какую-нибудь группу «Smokie», которую до этого не показывали никому и никогда. Именно на Пасху я впервые увидел в «ящике» группу «Eagles» с «Hotel California». Ну а позже — более осознанные приходы, Ионинский монастырь — несколько лет я сюда приходил на Пасху. Позже была Феофания, сейчас — Голосеево. Уже вполне осознанные радостные моменты, когда всей семьей идешь на пасхальную службу. Все пасхальные ночи разные по ощущению. Сейчас, кажется, я проживаю за год несколько лет. Это связано и с количеством книг, которые я читаю, в том числе из святоотеческой литературы, и с тем количеством духовных людей, которых я встречаю. Дается уже столько пищи, что каждый раз, приходя в церковь на Пасхальную заутреню, уже по-другому воспринимаешь все: больше у тебя информации, и вера другая, по-другому видишь и чувствуешь Праздник. Поэтому верится, что те деньки или года земные, которые отпущены мне, будут открывать смысл пасхальной радости — глубже и глубже. А какой, на Ваш взгляд, должна быть пасхальная радость? Юрий Шевчук: Да, радости бывают разные! Бывает радость от большой зарплаты — это одно, а это все-таки другая радость. Сравнил бы ее с благодатью, не покривив душой. Эта радость — детская очень, другого слова не найду. Так тебе радостно, будто ты не грешил никогда. Пасхальная радость — детская, восторженная и в то же время умиротворенная. Олег Карамазов: Чтобы передать, что для меня означает Пасха, слово «радость» подходит наиболее: радость оттого, что у тебя есть смысл, радость оттого, что ты понимаешь, зачем ты здесь, и радость оттого, что у тебя есть надежда. Я прожил на земле сорок лет, и мне казалось, что игра на гитаре, составление слов, особенно в рифму, распевание с друзьями портвейна на солнышке, поездки по интересным местам, концерты и прочее — это то, что составляет весь интерес жизни. И вот наконец — не так давно — пришло понимание, что же действительно является главным, в чем же действительно смысл человеческой жизни. Вот она — радость.

Беседовал архимандрит Иона (Черепанов)
Фото: Ольга Домбровская
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ЛИЦЕЗРЕВШИЙ ХРИСТА

Преподобный Силуан Афонский 


Преподобный Силуан Афонский, в миру Симеон Антонов, родился в 1866 году в русской крестьянской семье. Ещё юношей он желал принять постриг в Печерской Лавре, но ради послушания отцу поступил на воинскую службу. Благочестивое намерение оставило его, и вскоре он, молодой, красивый, сильный, наслаждался жизнью и в шумной суете мира начал было забывать первый зов Божий к иноческому служению. Но Господь вновь явным образом призвал Симеона от мирской суеты на путь монашества. Осенью 1892 года преподобный прибыл на Святую Гору Афон, поступив в послушники русского Пантелеимонова монастыря. >>>Жизнь его в монастыре была проста и внешне ничем не примечательна: тяжёлая работа на мельнице, хлопотливый труд эконома, заведование мастерскими, продовольственным складом, торговой лавкой. Наравне с братией он нёс подвиг бдения, поста и сердечной молитвы, но не прекращалась в нём и духовная борьба. Диавольские нападения всё возрастали, привнося чувство богооставленности, доводя Симеона до отчаяния. И когда он посчитал, что «Бога умолить невозможно», Господь непостижимо явился послушнику в храме во время вечерни и духом ввёл его в небесные обители. В тот момент, по свидетельству старца, он всем своим существом почувствовал, как благодать «мученичества» наполнила его и он познал Господа Духом Святым. С тех пор преподобный Силуан глубоко и остро переживал потерю благодати, искал Господа и звал Его, как потерянное дитя зовёт мать. Прошло 15 лет со дня явления преподобному Господа. Его ум вновь омрачается диавольскими нападениями. Со временем эти страдания усиливаются мучительными борениями с бесами, по ночам отрывавшими его от непрестанной внутренней молитвы. О том, какую душевную боль ему пришлось претерпеть при этом, подвижник впоследствии говорил так: «Если бы Господь не дал мне вначале познать, как много Он любит человека, то я и одной такой ночи не вынес бы, а их у меня было множество». В одну из таких ночей, когда, несмотря на все старания, молитва не приходила к преподобному, он с сокрушением в сердце воззвал: «Господи! Ты видишь, что я хочу молиться Тебе чистым умом, но бесы не дают мне. Научи меня, что должен я делать, чтобы они не мешали мне?» — «Гордые всегда так страдают от бесов», — был ему ответ. — «Господи, научи меня, что должен я делать, чтобы смирилась моя душа?» — И снова в сердце прозвучал ответа Бога: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся». «Молиться за людей — это кровь проливать», — говорил преподобный. И он жил страданиями всего мира, забывая самого себя, и не было конца его молитве, призывавшей все народы земли познать Господа Духом Святым. По глубокому убеждению старца, если бы это совершилось и люди, оставив свои увлечения, всей душой устремились бы к Богу, то изменилось бы лицо земли, и судьбы всех людей и весь мир преобразились бы «в один час». Вся жизнь его была сердечной молитвой «до великих слёз», исключительно высоким подвигом любви к Господу. «Мир стоит молитвою, — утверждал преподобный, — а когда ослабнет молитва, тогда мир погибнет». Свой опыт общения с Богом старец Силуан изложил в записях, известных ныне как «Писания старца Силуана», отрывки из которых мы предлагаем вашему вниманию.

Скорблю я, что живу нерадиво, но лучше не могу. Знаю, что я скудоумный, малограмотный и грешный, но вот, Господь любит и таких, и потому всею силою влечётся душа моя работать Ему.
Скучает душа моя о Господе, и слёзно ищу Его. Как мне Тебя не искать? Ты прежде взыскал меня, и дал мне насладиться Духом Твоим Святым, и душа моя возлюбила Тебя.
Ты видишь, Господи, печаль мою и слёзы... Если бы Ты не привлёк меня Своею любовью, то не искал бы я Тебя так, как ищу, но Дух Твой дал мне познать Тебя, и радуется душа моя, что Ты мой Бог и Господь, и до слёз скучаю я по Тебе.
Вот самый короткий и лёгкий путь ко спасению. Будь послушлив, воздержан, не осуждай и храни ум и сердце своё от плохих помыслов, а помышляй, что все люди добрые, и их любит Господь. За эти смиренные мысли благодать Святого Духа будет жить в тебе, и ты скажешь: «Милостив Господь».
Если же ты осуждаешь, ропотлив, любишь творить свою волю, то хотя бы ты и много молился, душа твоя оскудеет, и ты скажешь: «Забыл меня Господь». Но не Господь тебя забыл, а ты забыл, что тебе нужно смиряться, и потому благодать Божия не живёт в душе твоей; в смиренную же душу она легко входит и даёт ей мир и покой в Боге. Божия Матерь была смиренна более всех, и потому прославляется и небом и землёю; и всякий, кто смиряется, будет прославлен Богом, и будет видеть славу Господню.

Как узнать, живёшь ли ты по воле Божией? Вот признак: если ты скорбишь о какой либо вещи, то, значит, не вполне предался воле Божией, хотя тебе, быть может, и кажется, что ты живёшь по воле Божией.
Кто живёт по воле Божией, тот не заботится ни о чём. И если ему нужна какая либо вещь, то он и себя, и вещь предаёт Богу; и если не получит нужную вещь, то всё равно остаётся покоен, как если бы имел её.
Душа, которая предалась воле Божией, ничего не боится: ни грозы, ни разбойников, — ничего. Но что ни случится, — она говорит: «Так Богу угодно». Если болен, — думает: значит, мне нужна болезнь, иначе бы Бог не дал мне её.
И так сохраняется мир в душе и теле.
Всякую душу, которая предалась воле Божией, Господь вразумляет, ибо Он сказал: Призови Меня в день скорби твоей; и Я избавлю тебя, и ты прославишь Меня (Пс. 49,15).
Всякая душа, смущённая чем нибудь, должна вопросить Господа, и Господь вразумит. Но это главным образом в час беды и смущения, а так обычно надо спрашивать духовника, ибо это смиреннее.
Тому, кто предался на волю Божию, жить много легче, потому что и в болезни, и в бедности, и в гонении — он думает: «Так Богу угодно, и мне за грехи мои нужно терпеть».
Вот у меня много лет болит голова, и трудно мне терпеть, но полезно, потому что через болезнь смиряется душа. Душа моя пламенно хочет молиться и совершать бдения, но болезнь мне мешает, потому что больное тело требует покоя и отдыха; и я много просил Господа исцелить меня, но Господь не послушал меня. Значит, мне не на пользу.
А вот другой случай был со мною, и Господь скоро услышал меня и спас. Однажды в праздник в трапезе дали рыбу; и когда я ел, кость вошла в горло, очень глубоко, в груди. Я призвал святого великомученика Пантелеимона, прося исцелить меня, потому что доктор не сможет вынуть кость из груди. И когда я сказал: «Исцели», — получаю в душе ответ: «Выйди из трапезы, надуйся, и кость выскочит вместе с кровью». Я так и сделал: вышел, надулся, кашлянул, и кость большая с кровью выскочила. И понял я, что если Господь не исцеляет мне голову, значит, для души моей полезно так болеть.
Если ты хочешь познать Господа, то смири себя вконец, будь послушлив и воздержан во всём, люби истину, и Господь непременно даст тебе познать Себя Духом Святым, и тогда ты опытом познаешь, Что` есть любовь к Богу и что есть любовь к человеку. И чем совершеннее любовь, тем совершеннее познание. Есть любовь малая, есть — средняя, есть и великая.
Кто боится греха, тот любит Бога; кто имеет умиление, тот больше любит; кто имеет в душе свет и радость, тот ещё больше любит; а у кого благодать и в душе и в теле, тот имеет совершенную любовь. Такую благодать Дух Святой давал мученикам, и она помогала им мужественно терпеть все страдания.
Когда люди хранят страх Божий, тогда тихо и сладко жить на земле. Но ныне народ стал жить по своей воле и разуму, и оставил заповеди святые, и без Господа думают найти радость на земле, не ведая, что единый Господь есть радость наша, и только в Господе веселится душа человека. Он согревает душу, как солнце греет полевые цветы и как ветер, качая их, придаёт им жизни. Всё дал нам Господь, чтобы мы славили Его. Но мир не разумеет о сём. И как может кто разуметь о том, чего не видел и не вкушал? Я тоже, когда был в миру, то думал, что вот счастье на земле: я здоров, красив, богат, и люди любят меня. И я этим тщеславился. Но когда я познал Господа Духом Святым, тогда на всё счастье мира стал смотреть как на дым, который уносится ветром. А благодать Святого Духа радует и веселит душу, и она в мире глубоком созерцает Господа, забывая землю.
Господи, обрати людей Твоих к Тебе, да познают все Твою любовь, да узрят в Духе Святом Твоё кроткое лицо; да насладятся все Твоим лицезрением ещё здесь, на земле, и видя, каков Ты есть, уподобятся Тебе.
Душа моя испытала и видела великие милости надо мной и над теми, за которых она молилась; и я понял, что когда Господь даёт скорбь о ком нибудь и желание молиться о нём, то это значит, что Господь хочет помиловать того человека. Поэтому если кому придёт скорбь о ком либо, то надо молиться за него, потому что Господь, ради тебя, хочет помиловать его. И ты молись. Господь услышит тебя, и ты прославишь Бога.
Знай, что когда случится беда народу и душа заплачет пред Богом за этот народ, то он будет помилован. Для этого Дух святой коснулся души и дал ей молитву за людей, чтобы они были помилованы. Так Милостивый Господь любит создание Своё.
Возможно, что кто нибудь подумает: как же я буду молиться за весь мир, когда сам за себя не могу молиться? Но так говорят те, кто не познал, что Господь слушает наши молитвы и приемлет их.
Молись просто, как дитя, и Господь услышит твою молитву, ибо Господь наш настолько милостивый Отец, что мы ни понять, ни вообразить этого не можем, и только Дух Святой открывает нам Его великую любовь.
Раньше я думал, что Господь творил чудеса только по молитвам святых, но теперь узнал, что и грешному сотворит Господь чудо, как только смирится душа его, ибо когда человек научится смирению, тогда Господь слушает его молитвы.
Многие по неопытности говорят, что такой то святой сделал чудо, но я узнал, что это Дух Святой, Который живёт в человеке, творит чудеса. Господь хочет, чтобы все спаслись и вечно были с Ним, и потому слушает молитвы грешного человека, ради пользы других или самого того, кто молится.
Человек иногда немоществует так, что нет у него сил даже муху прогнать, и от души не может он отогнать плохие мысли, но и в этой немощи Божия милость хранит человека, и нет плохих помышлений, но один Бог и в душе, и в уме, и везде.
Человек сам по себе немощен, как цветок полевой: все его любят, и все его топчут ногами.
Так и человек: иногда он в славе, а иногда в бесчестии. Но кто любит Бога, тот благодарит Господа за все скорби и пребывает покоен и в чести, и в поношениях.
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ПОБЕДОНОСНЫЙ ВОИН ГЕОРГИЙ 

Протоиерей Андрей Ткачев


Синие вёрсты
И зарева горние!
Победоносного
Славьте — Георгия!

М. Цветаева 


Миссионерству нужно учиться у Христа. Он говорит с людьми о тайнах Неба при помощи самых простых вещей, с которыми ежедневно имеют дело рыбаки, землепашцы, домохозяйки. Что толку тянуть нити тонких рассуждений с простыми людьми? Есть ли польза окунаться в глубины священных текстов при разговоре с теми, кто с трудом умеет читать и работает всю неделю не разгибаясь?
И вот Господь, видя перед Собою женщин, говорит о муке и закваске, о потерянной монете, о светильнике, освещающем дом. Для рыбаков у Него есть слово о неводе. Для крестьян — о земле и семени. Он, пришедший с Небес, рассказывал им правду о Небе, одевая её в одежды привычных понятий, и только с книжниками позволял Себе цитировать псалмы или пророков.
>>>
Любой земной труд, дающий людям тепло и пищу, может стать пособием в понимании реальности высшего порядка. А что же воины? Они, одетые в железо, носящие на теле отметины прошедших битв, суровые и немногословные? Их труд тоже может приоткрывать завесу тайн? Да и труд ли это — по звуку трубы или голосу командира бросаться в бой, рубить и колоть плоть подобного тебе человека?
Христос говорил и о битвах. Но мало. Его речь, обращённую к воинам, продолжил апостол Павел. Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной. Для сего приимите всеоружие Божие, дабы вы могли противостать в день злый и, всё преодолев, устоять. Итак, станьте, препоясав чресла ваши истиною и облёкшись в броню праведности, и обув ноги в готовность благовествовать мир; а паче всего возьмите щит веры, которым возможете угасить все раскалённые стрелы лукавого; и шлем спасения возьмите, и меч духовный, который есть Слово Божие (Еф. 6, 11-17).
Радостно читал эти слова всякий христианин, носящий на поясе меч. Радостно пробегал по этим строчкам и храбрый юноша по имени Георгий. Он узнавал в них себя и свои труды. С тех пор как священное имя Троицы прозвучало над ним, а крещальные воды трижды сомкнулись над его головой, он узнал, что есть иные битвы, и победителям в них готовятся иные венцы.
Сдержать свой гнев; себя, а не врага, схватить за горло и не дать гневной речи пролиться из уст — это не легче, чем схватиться с противником в рукопашной. Силён был Самсон, но, побеждённый женской лаской, потерял бдительность и попал в позорное рабство. Значит, целомудрие сильнее крепких мышц и драгоценнее перед Богом. Сколько рук ежедневно протягивается в ожидании милости? Разделить с нищими свой хлеб, отдать им часть жалования — это ли не дело, достойное верующего сердца?
Множество упражнений есть для тела. Не меньше их и для души. Строгий пост, ночные молитвы, хранение уст, чтение слов Господних. Всё это полюбил молодой христианин, стройный осанкой, но ещё более стройный в мыслях; красивый лицом, но душой прекрасный ещё более.
Когда накроет на стол хозяйка в ожидании дорогого гостя, то кроме еды и питья, кроме ножей и вилок хочет поставить на стол цветы. Пусть радуются глаза пирующих. Когда выстроит дом мастер, то хочет украсить стены рисунком, а окна — резным узором. Пусть будет в доме не только тепло и чисто, но пусть будет и красиво. Когда украсится душа добродетелями, то хочет пострадать за любимого Господа. «Пусть и моя кровь прольётся за Того, Кто Кровь Свою за меня пролил», — думает душа. Если же знает Господь, что по силам это душе, что не тщеславие, не горячка гордости, а любовь говорит в человеке, дарит Господь такой душе тяжёлые и сладкие муки во имя Своё.
Римское царство обширно, и нелегко им управлять. В усмирении бунтов, в расширении и защите границ, в денежных и административных реформах проводит дни и ночи Диоклетиан — император. И ещё есть у него забота — служить древним богам, тем, которые дали Риму власть и силу. Этим богам должны служить все. Горе тому, кто откажется надевать на богов гирлянды цветов, воскурять фимиам, поклоняться пред ними.
Нет ничего проще, чем умереть в такое время. Скажи только: «Я — христианин», — и дотерпи до конца обрушившиеся муки. Скоро, очень скоро тогда сменишь земную жизнь на небесную. Только дотерпи до конца.
«Разве я убегал от врага? Разве видел противник в бою мою спину? Разве десятки раз не готовился я умереть? Тогда были битвы за кесаря, за империю, ради добычи. Неужели теперь, когда нужно служить Царю Небесному, задрожу при виде огня и железа, отведу в сторону взгляд?» Так думал Георгий, раздавая имение нищим, прося их молитв, готовясь идти к мучителям.
Сильна бывает любовь. Но чем сильнее она, тем лютее ненависть к бывшему любимцу, если он сменил господина и прежнему служить не хочет. Ничего не пожалел Диоклетиан для Георгия. Свинцовые палки, воловьи жилы, уксус и соль для натирания свежих ран, колесо, усеянное шипами. Сотню людей можно было б замучить тем, что терпел Георгий. Плоть отставала от кости, но мысль от Христа не отставала. Оком ума смотрел на Христа Георгий, а на избитое тело своё смотрел как на чужое. «Не оставляй меня, Иисусе. Помоги мне дотерпеть до конца».
В ужасе отворачивались и убегали люди. Только царь, не отрываясь, мрачно смотрел на юношу. И Небесный Царь смотрел на Георгия. И Ангелы удивлялись страдальцу, но не смели спросить: «Доколе?»
Всё когда-то закончится. Есть у всего предел. Понял царь, что не сломит Георгия. Понял Георгий, что скоро увидит Спасителя. После жестоких мук меч показался ему игрушкой. Стал на колени воин, никогда, кроме молитвы, не стоявший на коленях. Голова отделилась от тела, и ясными были глаза.
Моли Бога о нас, Георгий. О тех, кто плавает в море, о тех, кто терпит беду, о тех, кто идёт на бой. Обо всех, кто тебя любит. Обо всех, кто любит Христа.
Тебе, близко к Нему стоящему, Христос ни в чём не откажет.
На иконах святой Георгий изображается сидящим на белом коне и поражающим копьём змия. Это изображение основано на предании и относится к посмертным чудесам святого великомученика Георгия. Рассказывают, что недалеко от места, где родился св. Георгий, в городе Бейруте, в озере жил змей, который часто пожирал людей той местности. Что это был за зверь — удав, крокодил или большая ящерица — неизвестно.
Суеверные люди той местности для утоления ярости змея начали регулярно по жребию отдавать ему на съедение юношу или девицу. Однажды жребий выпал на дочь правителя той местности. Её отвели к берегу озера и привязали, и она в ужасе стала ожидать появления змея.
Когда же зверь стал приближаться к ней, вдруг появился на белом коне светлый юноша, который копьём поразил змея и спас девицу. Этот юноша был святой великомученик Георгий. Таким чудесным явлением он прекратил уничтожение юношей и девушек в пределах Бейрута и обратил ко Христу жителей той страны, которые до этого были язычниками.
Святого Георгия особо почитали на Руси, чему свидетели и тысячи храмов в его честь, и поэзия — от древнейших фольклорных стихов до лучших произведений ХХ века. Традиционно Георгий нередко именуется Егорием Храбрым, Юрием, на Западной Украине — святым Юром.
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


ПОСТ БЕЗ ФАРИСЕЙСТВА

Иеромонах N



Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6, 16-18)


Ещё совсем недавно светское общество недовольно воротило носики, услышав слово «пост»: «Ах, как это несовременно! Средневековые пережитки!» Но уровень холестерина неуклонно возрастал, и с этим надо было что-то делать... Наконец «прогрессивная общественность» сделала вид, что повернулась лицом к Церкви. Тон высказываний сменился. >>> С газетных страниц и экранов телевизора полились высокопарные рассуждения о том, что «пощение полезно для организма», «позволяет сохранить здоровье и фигуру». Внимательно изучив многовековой церковный опыт постничества, общество сделало выводы и засыпало желающих поститься своими рекомендациями. Рекомендации строились на современных реалиях и вполне соответствовали духу времени. Только вот «дух времени» и Дух Божий — далеко не одно и то же... Сегодня рецепты постной пищи не найдёт только ленивый. Оказывается, поститься можно очень даже вкусно! В различных кулинарных изданиях наперебой предлагаются постные блюда из диковинных рыб. Подобную роскошь, конечно, могут позволить себе далеко не все. Проблема лишь в том, что слово «роскошь» как-то трудно сочетается со словом «пост»... Гораздо дешевле заняться приготовлением овощных блюд. Поскольку это занятие небыстрое и трудоёмкое, то целый день проходит у кухонной плиты. Даже помолиться некогда — как бы чего не подгорело! Кроме того, много времени уходит в магазине на изучение состава продукта: а вдруг там притаились «сухое молоко» или «яичный порошок»? Очень часто наше отношение к посту откровенно напоминает иудейский «кашрут», т.е. деление пищи на «кошерную» и «трефную» (разрешённую или запрещённую Моисеевым Законом). Порой наши ревнители столь тщательно выискивают в предложенной пище «оскверняющие» их компоненты, что возникает желание подарить им бутафорские «навесные пейсы»! Постная пища имеет одно хорошее, но редко упоминаемое свойство — неприхотливость. По сути это — «подножный корм», т. е. то, что не требует особой затраты сил, времени и средств. Консервы овощные и рыбные. Кабачковая икра, различные овощные и бобовые смеси, «сайра бланшированная» или «сардины в масле» стоят не дорого. Кухонных трудозатрат никаких — принёс из магазина, открыл банку и, помолясь, «забросил в топку». Лапша, макароны и всякие полезные крупы. Позволяют без особых усилий соорудить горячий постный гарнир. Различные фастфуды вообще избавляют от кухонных обязанностей. Например, в тех, которые ориентированы на отечественную кухню, вполне реально подобрать что-либо без скоромных компонентов. Не сочтите это рекламой или антирекламой — просто констатация фактов. Пластмассовые бутерброды не едят даже кошки. Бродячие собаки подъедают лишь тогда, когда им «совсем трудно». Кроме того, в кулинарных отделах супермаркетов всегда возможно приобрести недорогие пирожки с капустой, картошкой или горохом! А вот соевая «колбаса» и прочее «мясо» — отличный способ поиграть в прятки с самим собой. Вроде бы «и вкус, и запах тот же», а «греха нет»! Оказывается, грех есть — грех лукавства. Не будем забывать и о том, что и постной пищей можно объесться. Есть несколько простых правил соблюдения поста: - Постная пища не должна быть дороже скоромной. - Постная пища не требует много времени и сил для приготовления. - За постным столом «добавки» не дают. - В хлебе не ищут. - В дороге, армии и тюрьме едят, что Бог послал. Хотя и в дороге возможность соблюдать пост есть почти всегда. Не стоит уподобляться бурсаку из анекдота, который в пост ходил вокруг родной семинарии, пожёвывая батон колбасы. Другое дело, если ты вынужден питаться «из общего котла». Понятно, что жир и сметану из общего борща не выковыряешь, а вот от предложенной к макаронам котлеты всегда можно отказаться. Так что к посту тоже нужно относиться с рассуждением, не опускаясь до самооправдания и не ударяясь в фарисейство.


-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------